Самой любимой станцией моего мужа, архитектора Алексея Николаевича Душкина, была станция «Дворец Советов», его «первенец», создаваемый в соавторстве с Я. Г. Лихтенбергом. К проектированию станции он подключился в 1934 году. Решение было найдено резко. Алексей Николаевич, как он лично заявлял мне, незамедлительно «увидел» подземный зал в натуре.
Следующая станция, «Площадь Революции», была задумана не с круглой статуей, а с барельефами. Алексей Hиколаевич сражался за собственную идею, полагая, что фигуры загромоздят место. Hо молодой еще тогда уже архитектор не сумел выиграть битва с маститым скульптором: академик М. Манизер оказался сильней. Я слышала различные мнения о станции. Вот к примеру, одно из них: «Да так как это не метро, а музей революции.»
В 1936-1937 годах шло конструирование станции «Площадь Маяковского» Алексей Николаевич читал и перечитывал произведения поэта, умолял меня играть ему то Баха, то Прокофьева. Родившийся у него образ станции возможно назвать словом «сталь» При утверждении плана было немало тревог, всех пугал свежий материал, ни разу еще не применявшийся в зодчестве. Некоторые говорили, что Душкин со всеми собственными планами и идеями — безумен. Алексей Николаевич прибегнул к авиаконструктору А. И. Путилову, тот помог убедить и руководство Метростроя, и наиболее высокие инстанции в полномочия применения стали в отделке станции. «Площадь Маяковского» прославилась на весь мир. Мне она «звучит»; и в музыке ее ритмов я слышу «стальные» звуки выступлений Прокофьева.
Алексей Николаевич соединял зодчество и музыку, полагая их родственными искусствами. Музыку он обожал. Произведения Баха, Бетховена, Рахманинова рождали в нем вдохновение, замыслы, жажду творить. А это слишком мало знакомое широкому кругу произведение, как Прелюдия ми-бемоль минор Баха, по преданию, написанная композитором на смерть супруги, собственной ясной грустью и спокойным перемещением в факторы тревог и беспорядков, умиротворяло Алексея Николаевича, целебно работало на него.
Я как следует припоминаю, как шла работа над планом станции «ЗИС» (теперь это «Автозаводская» метро) Алексей Николаевич, сделав некоторое количество набросков, не удовлетворивших его, отложил работу и углубился в книгу Тимирязева «Жизнь растения» На мои вопросы, зачем это ему, ничего толком не отвечал, лишь умолял поиграть ему фугу Баха. Закончив читать книгу, сел за доску. Устроил одиннадцать разновидностей плана станции. Из них облюбовал тот единственный, коий воплотился в жизнь.
Для меня образ данной станции музыкален и полифоничен. При спуске эскалатора колонны образуются перед взглядом 1 за иной, а после этого как бы сливаются в общем «звучании» — как последний аккорд в коденции, приведенный в тон. Как ни прискорбно, прогрессивные светильники, установленные взамен авторских люстр, не соблюли гармонию и красоту подземного зала.
Почти в одно и тоже время с работой над станцией «ЗИС» Алексей Николаевич был захвачен образом еще одной станции, грезя применить на ней такой необыкновенный для метро материал, как стекло. Он делал набросок за наброском без особого адреса. Съездил на завод цветного стекла в Ригу, привез образцы. Раскладывал их в различных сочетаниях, исследовал, раздумывал. Hо грянула война и отодвинула на некоторое количество лет притворение в жизнь мечты Душкина. Лишь в первых числах 50-х годов в сочетании с молоденьким архитектором А. Стрелковым был создан план «Новослободской», где получилось реализовать «сказочный» замысел довоенных лет. Я понимаю, что столичные жители именуют эту станцию «каменным цветком»
В пору проектирования «Hовослободской» А. Н. Душкин действовал еще над 3 объектами (вокзалами в Симферополе и Сочи, высотным жилищем у Красных ворот), и еще над конкурсным планом канал «Волго-Дон» В последующем станции метрополитена Алексей Hиколаевич не проектировал. Последние 10 лет собственной трудовой работы он был основным архитектором ВУЗа «Метрогипротранс», неустанно консультировал возведение метро в Киеве, Ленинграде, Тбилиси. Уйдя на пенсию, Душкин всецело переключился на педагогическую работу в Столичном архитектурном ВУЗе. Но и тогда уже архитекторы-метростроители нередко обращались к нему за советами. Он никому не отказывал.
Схема линий Киевского метрополитена.
Схема Минского метрополитена.
Был запущен 6 ноября 1960 г.. Первый участок Святошинско-Броварской протяженностью 5,2 км от ст. «Вокзальная» до ст. «Днепр»
Подземная электричка в Минске стала курсировать с 29 июня 1984 г. от станции “Институт культуры” до станции “Московская”.
Схема линий Лондонского метрополитена.
Схема Парижского метрополтена.
Лондонское метро - первая подземная железная дорога в мире. Первая линия была пущена в 1863 году.
Во франции первый проект появился в 1845 году, но реализация его несколько затянулась, и первая линия метро была открыта только 19 июля 1900 года.
